Земля и Мир

Дерридеанское послание

По почте от Амазона приходит странный предмет, который никто не заказывал. Как бы из ниоткуда. Назначение предмета загадочно (лишь позднее возникает предположение, что это элемент альпинистского снаряжения).
Леви Брайант, получатель сего, обнаруживает, что этот предмет проделал в его мире «дыру», и разворачивает занятную линию рассуждений, вовлекая Хайдеггера, Лакана и Деррида.

О ТЕРРОРИСТЕ-СМЕРТНИКЕ

Анатомия политической фантазии

Невыносимость наслаждения Другого

Текст из книги «Lacan on Madness: Madness, yes you can't», 2015 

 Richard Boothby

Когда говорим о безумии, кажется аксиомой, трюизмом, дающим повод для шуток, то, что безумец никогда не считает себя безумным. Безумие представляется принципиально неспособным корректно относиться к себе, в том смысле, что недостаточная способность объективного восприятия себя может выступать условным обозначением состояния. Безумие -  всегда, и по сути, проблема кого-то другого. И это означает, помимо всего прочего, что есть основания ожидать занятных политических эффектов, концентрирующихся вокруг заявлений о безумии.  Мир пост-9/11 рутинным образом погрузился в фоновую паранойю касательно вопросов безопасности, паранойю, которая нередко оживляется явным безумием атакующих самоубийц. Особенно важным представляется продумать не только психические состояния, понуждающие людей к столь экстремальным актам насилия, но и способы нашего восприятия таких акторов. Ниже – краткое исследование того места, которое террористы-смертники занимают в нашем коллективном воображаемом.

От интерпелляции к аффекту

НЕ-УЧРЕЖДАЮЩАЯ РИТОРИКА ИЛИ БАНАЛЬНОСТЬ КОНТРОЛЯ

Статья Andrew Culp

Моя задача – обновление теории исследующей риторику применительно к теории субъективности. Я утверждаю, что «теория аффекта» должна заменить прежнюю психоаналитическую модель интерпелляции. Для конкретизации своих доводов я рассматриваю банальную риторику; а именно – кибернетическую субъективность, производимую «биржевыми сводками, валютами, корпоративным учетом, национальными бюджетами, компьютерными языками, математикой, научными функциями и уравнениями» (Lazzarato, Signs and Machines).

Психоанализ, Лютер и политическая теология

The Heart of Man’s Destiny

Lacanian Psychoanalysis and Early Reformation Thought

By Herman Westerink

отсюда

Вопрос о современности всегда был политическим. Понять её нельзя в отрыве от той трансформации субъекта, которую сделало возможным «гиперболическое сомнение» Декарта.  Вместе с тем современность становится еще более умонепостигаемой, если не принимать в учет его политическое следствие - борьбу эмансипированной «секулярной» субъективности с автономией в духе государства «Левиафана» Гоббса, которая подпитывает динамику исторической диалектики революционной теории и практики 19-20веков.

ЭТИКА СЕБЯ: Фуко и Лакан

ЭТИКА ЛАКАНА И «ЗАБОТА О СЕБЕ» ФУКО:

ДВЕ СХЕМЫ ПРОИЗВОДСТВА СУБЪЕКТИВНОСТИ

(И ОТНОШЕНИЯ СУБЪЕКТА К ИСТИНЕ)

Саймон О’Салливэн

LACAN’S ETHICS AND FOUCAULT’S “CARE OF THE SELF”:

TWO DIAGRAMS OF THE PRODUCTION OF SUBJECTIVITY

(AND OF THE SUBJECT’S RELATION TO TRUTH)

SIMON O’SULLIVAN, University of London

Parrhesia(10), 2010 (pp. 51-73)

Zizek: Гегель vs Хайдеггер vs Лакан

Slavoj Žižek

Hegel versus Heidegger

Heidegger’s Critique of Hegel

Статья была представлена в марте 2011 в Берлине на конференции

"Одно делится на два: Негативность, Диалектика и Клинамен"
link

Хайдеггер упомянут в статье 57 раз, Гегель - 46, Лакан - 47, хотя это и не важно

Хайдеггеровская критика Гегеля

Одна из стандартных критик Гегеля, впервые развернутая уже «младо-гегельянцами», усматривает очевидное противоречие между диалектическим методом Гегеля и его системой. Если гегелевский метод  подступает к реальности в её динамическом развитии, распознавая в каждой определенной форме зародыши её разрушения и само-превосхождения, то его система старается интерпретировать тотальность существования как достигнутый порядок, в котором не просматривается дальнейшего развития. У интерпретаторов Гегеля 20 века, которые находятся под влиянием Хайдеггера, это противоречие между «логическим» и «историческим» приобретает более радикальное основание: то, что они пытаются изобразить, есть более основательный онтологический каркас, который одновременно выступает источником гегелевской диалектической систематизации и в то же время этой самой систематизацией подрывается. Историческое измерение здесь не является простой нескончаемой эволюцией всех форм жизни. Это также и не жизненно-философская оппозиция (молодого Гегеля, пытающегося охватить исторические антагонизмы социальной жизни, и Гегеля на склоне лет, когда он насильственно утюжил всё своей диалектической машиной), а изначальное напряжение между гегелевским систематизирующим усилием умозрительного самоопосредования (или изъятия) и более оригинальным онтологическим проектом, который, следуя Хайдеггеру, Александр Кожев описывает как историчность человечекого положения, направленного к будущему. Корнем того, что Гегель называет «негативностью» является будущее (наше осознание его): будущее - это то что не есть (пока), власть негативности в конечном счете идентична власти самого времени, это сила, которая разъедает любую прочную идентичность. Т.о. временность, присущая человеческому существу, располагается не в линейном времени, а во времени, связанном с экзистенцией:  человек планирует своё будущее и затем актуализирует его окольным путём, используя ресурсы прошлого. Эти «экзистенциальные» корни негативности затеняются гегелевской системой, которая упраздняет превосходство будущего и обналичивает всё его содержание, как прошлое, «выделенное» в своей логической форме – принятая здесь позиция принадлежит не вовлеченной субъективности, а Абсолютному Знанию. (Подобная критика Гегеля была представлена Александром Кожевым и Жаном Ипполитом). Что стремятся выразить все его критики – это напряженность или антагонизм в самой сердцевине гегелевской мысли, оставленный Гегелем без внимания – но не случайным образом, а по необходимости; и как раз именно поэтому данный антагонизм не может быть диалектизирован, разрешен, или  «исключен» через диалектическое опосредование. То, что предлагается всеми этими философами - критическая «шизология» Гегеля.

Делез vs Лакан

You Can't Have it Both Ways: Deleuze or Lacan
Peter Hallward

DELEUZE AND PSYCHOANALYSIS

PHILOSOPHICAL ESSAYS ON DELEUZE'S DEBATE WITH PSYCHOANALYSIS

 2010 by Leuven University Press

нагуглить

Хорошо известно в целом враждебное отношение Делеза к психоанализу; его же отношение к Лакану, взятое в отдельности,  не кажется столь очевидным. Делезовская «Логика смысла» (1969) завершается продолжительным и энергичным обращением к концептам в некоторой степени заимствованным у Лакана: кастрация, нехватка, сублимация желаний, фаллос, Эдип. Когда  в «Анти-Эдипе» (1972) эти концепты были бесцеремонно поставлены рядом с отношением поверхность-глубина, они тут выступили посредниками, а Лакан по-прежнему проявлялся с явной симпатией.  В «Анти-Эдипе» Делез и Гваттари обязаны Лакану как минимум открытием «производства желания Реальным/ желания понятого в терминах «дезорганизации Реальным молекулярных элементов, чистых позитивных множественностей, где всё возможно, без исключений и отрицания».

Поскольку атака Делеза и Гваттари на психоанализ включается здесь в более общую критику Эдипа (т.е. подавление желания репрезентацией, трансценденцией и экономией нехватки, сцементированной участием семьи, капиталистическим разделением труда и формой государства), Лакан снова возникает скорее как союзник нежели оппонент. Лакан – это аналитик, который изнутри низвергает логику вмешательства Эдипа. Лакан – это аналитик, который начинает процесс «шизофренизации аналитического поля, вместо эдипализации поля психотического».  Делез и Гваттари уверены, что их «Лакан не заключает бессознательное в эдипальную структуру. Наоборот, он показывает, что Эдип – воображаемое, ничто иное как образ, миф» ( D&G 1972). Лакан осмеливается приблизиться к отметке, которую не мог видеть Фрейд – он готов направить «Эдипа в точку его само-критики», точку, где структура «раскрывает свою обратную сторону как позитивный принцип неконсистентности, который её подрывает».