суббота, 18 августа 2012 г.

Капитализм как гиперобъект

Левые, перестаньте болтать и займитесь делом
Взгляд Леви Брайанта (Levi R. Bryant) на перспективы для левых (в его блоге).

McKenzie Wark: How Do You Occupy an Abstraction?

МакКензи Варк интервью об истории с Occupy):

… проблема в следующем: как ты оккупируешь абстракцию? Власть стала векторной. Она может перемещать деньги и мощь повсюду на планете с беспрецедентными скоростями. Вы можете заблокировать локальное проявление власти, но векторная власть обходит такие места.


Абстракция, о которой говорит Варк –это, конечно, современный капитализм, который, характеризуется двумя особенностями:

Первое, он имеет свойство быть везде и нигде. Вы не можете указать на определенное место современного капитализма и сказать «Вот он!». Вернее сказать, он заполняет всякий аспект современной жизни, тем не менее оставаясь абсолютно нелокализуемым. Современный капитализм это пример того, что Тим Мортон понимает под «гиперобъектами»:



гиперобъекты вязкие – они прилипают к вам независимо от усилий по освобождению от них, делая ироническую дистанцию запоздалой. … они также нелокализуемы. Т.е. гиперобъекты плотно распределены во времени и пространстве, так что всякая частная (локальная) манифестация никогда не представляет всей тотальности гиперобъекта.



Когда вы  ощущаете падение дождевых капель на голову, вы получаете в некотором смысле климатический опыт. В частности вы переживаете изменение климата, известное как глобальное потепление. Но вы никогда непосредственно не получаете в опыте глобальное потепление как таковое. Нигде в длинном списке катастрофических природных явлений – интенсивность которые будут возрастать с ростом глобального потепления – вы не найдёте самого глобального потепления.



Выражаясь на языке моей машино-ориентированной онтологии или онтикологии мы всегда сталкиваемся только с локальными манифестациями гиперобъектов, локальными событиями или проявлениями гиперобъектов,  и никогда - с гиперобъектами как таковыми. Гиперобъекты как таковые являются чисто виртуальными или ускользающими. К ним невозможно прикоснуться непосредственно. И, что еще хуже, вопреки закону индивидуации Локка в соответствии с которым индивидуация субъекта происходит благодаря достоинствам его положения в определенном месте и в определенное время, гиперобъекты не имеют позиции или места. Они не-локальны (Мортон). Т.о. это центральная проблема, поскольку стоит вопрос: как бороться с тем, что повсюду и нигде?  Как взаимодействовать с тем, что не-локально? …. Как взять на прицел то, что не-локально и бестелесно? Вот в этом и состоит проблема с оккупацией абстракции.



Второе: современный капитализм, потрясающе избыточен. Именно это, я думаю, имеет в виду Варк, когда говорит о современной власти как «векторной». Под тем, что Варк называет «векторной властью», мы полагаем такую конфигурацию власти, когда атака в одном месте производит слабый эффект поскольку потоки могут легко ре-канализированы через другой набор узлов сети. Как у гидры, вы отсекаете одну голову, чтобы получить другую голову в этом же месте. Голову невозможно отсечь раз и навсегда, поскольку там нет единственной головы.



Т.о. кризис современной политики - это кризис стирания места. В эпоху гиперобъектов мы попадаем в мир, где нет четкого местоположения у политического антагонизма и потому нет реального понимания как и куда двигаться.



Важно отметить, что нам следует ясно выражаться о системе референций в нашей политической теории и действии. Мы много думаем о теоретическом содержании нашей политики и позициях … Как результат, большая часть современных лефтистских политический теорий завершается в перформативном противоречии. Они утверждают, следуя Марксу, что целью является не описать мира, а изменить его, и тем не менее продолжают копаться в академических журналах, участвовать в конференциях и т.п. Подобно Человеку-Крысе и его обсессивному неврозу, когда его действия были намеренно сконструированы для неудачи, здесь, кажется, тоже в этих формах теоретизации есть встроенная склонность, бессознательно направленная на организацию собственного поражения.  Не могу удержаться от предположения, что, в терминах Лакана, левые находятся в позиции истерички и т.о. имеют «желание к неудовлетворенному желанию». В этих обстоятельствах наихудшее состоит в получении того чего желаешь. Находясь слева мы нуждаемся в преодолении собственной фантазии с тем, чтобы избежать этого бесплодного и само-подрывающего повторения. Напрашивается разворот от позиции политической критики (истерический протест) к политическому конструированию – действительному воображению и построению альтернатив.



Итак, в чем проблема с системными референциями? Великий теоретик аутопойэтических социологических систем Никлас Луман подробно исследует этот момент. Для Лумана существуют интра-системные референции и интер-системные референции. Интра-системные референции относятся к процессам, направленым строго на воспроизводство или поддержание системы. Возьмем, к примеру, клетку. Клетка для-себя, и ни для чего вне клетки. Процессы, имеющие место внутри клетки направлены просто на продолжение существования клетки во времени. Хотя клетка определенно может выделять различные химические вещества и гормоны как результат этих процессов, то это вовсе не для того чтобы воздействовать на другие клетки этими гормонами. Они просто побочные продукты. Капитализм или экономика похожи на это. Капиталисты много говорят о пользе для мира за счет производственных технологий, выпуска лекарств, создания рабочих мест и т.д., но в действительности единственная цель любой корпорации идентична клетке: выстоять во времени или воспроизвести себя через производство капитала. Производство капитала происходит не для чего-то и не относится к чему-то внешнему. Операции производства капитала являются интра-системными. Напротив, интер-системные операции будут адресованы чему-то вне системы и её ауто-воспроизводства. Они нацелены на что-то другое.



Луман утверждает что всякая аутопойэтическая система имеет этот тип интра-системного измерения. Аутопойэтические системы, кроме всего прочего, организованы вокруг поддержания себя или выживания. Это поднимает серьезные вопросы об академической политической теории. Академия есть аутопойэтическая система. И как такая система она нацелена на выживание, воспроизводство себя и т.д. Ей приходится предпринимать соответствующие действия или процедуры. Эти операции состоят в производстве студентов которые в конце концов становятся учеными или профессорами, написании статей, проведении конференций, выпуске книг и т.д. Все эти действия направлены на сохранение академической системы. Неприятным следствием является то, что наши собственные доводы в оправдание этого процесса не имеют отношения к тому, что имеет место на самом деле. Мы говорим, что наши статьи направлены на разрушение капитала, неравенства, сексизма, гомофобии, климатичекой катастрофы.и т.п., но если посмотреть как система действительно функционирует, можно понять что все референции здесь являются интра-системными, что они адресованы хору других членов академического сообщества, что они ведут лишь к поддержанию этой системы и что никогда не доходят до широкой публики.



Действительно, сам наш стиль зачастую - «big fuck you» для остального мира, поскольку для осмысления потребуются экспертные знания, следовательно, гарантируется отсутствие воздействия на широкое сообщество для производства перемен. В этом свете становится ясно, что наш разговор об изменении мира что-то вроде алиби, способ рационализации … Прямо как капиталист говорит, что он старается улучшить мир, акдемики» пытаются сказать что они стремятся изменить мир, когда на самом деле они лишь поддерживают отдельную операционно закрытую аутопойэтическую систему. Как взломать эту замкнутость – это ключевой вопрос для всякой действительно заинтересованной политической теории.  … Адам Котско написал прекрасный и забавный пост об абсурдности некоторых сегодняшних политико-теоретических построений и их само-любования. Мы потерпели поражение с университетской политикой и защитой преподавания гуманитарных наук, однако в своём ханжестве чуть ли не прямо призываем к коммунизму. Возможно, следует подумать о себе и наших стратегиях и что должны представлять политические стратегии.



Оставляя всё это в стороне, я думаю об опасности содержащейся в призыве Варка об абстракции (хотя я думаю он задаёт верный вопрос). Опасность в обращении с гиперобъектами подобными капитализму, который везде и нигде, состоит в том, что наша способность к действию парализуется. Как материалист, я сохраняю верность тезису, что всё предельно материально и требует в этом смысле материального воплощения. Если это верно, тогда для каждого объекта существуют точки «входа/покупки», даже если это гиперобъект. Вот почему я полагаю, что при тех формах, которые принимает власть в эпоху гиперобъектов, такие способы теоретизации как новый материализм, объектно-ориентированная онтология и теория актор-сеть более интересны чем когда либо (ясно, что последователи Уайтхеда остаются в стороне, т.к. они видят всё внутренне связанным, как организм и потому вне способа теоретизации изменений и политического участи; они – квази-гегельянцы, оправдывающие даже противоречия мира как часть «божественного» выбора и гармонизации интенсивностей).



Важно помнить, что гиперобъекты подобные капитализму неспособны функционировать без материальной базы. Им требуются хайвэи, судоходные маршруты, поезда и железные дороги, оптические кабели, средства связи и множество других вещей. Без такой инфраструктуры существование гиперобъектов невозможно. Каждый гиперобъект нуждается в своих артериях. … Проблема современной политической теории в значительной степени в том, что она фокусируется на семиосфере в виде идеологий, дискурсов, нарративов, законов и т.п., игнорируя артерии, необходимые для осуществления власти. К примеру, мы получили движение OWS в авангарде протестующих на Уолл Стрит, вовлеченных в речевое действие; но следует усомниться является ли речь адекватным способом обращения к системе в которой мы существуем. Если вернуться к теории систем: базируется ли система капитала на индивидуальных решениях банкиров и CEO, или сама система имеет собственное сознание, свой собственный способ действия, через которые доминирует? Нет ли здесь гуманистического предубеждения, воплощенного в такой форме политического участия? Есть полезная сторона процесса – объединение больших групп людей для борьбы с интеллектуализированными пришельцами среди нас (рынки, корпорации и т.п.) – но нет воздействия на самих этих пришельцев, поскольку нет даже понимания их природы.



Нам нужна политика адекватная гиперобъектам, и кроме всего прочего - политика нацеленная на артерии. ООО, новый материализм и теория актор-нетворк (ANT) часто подвергаются критике за свою «аполитичность» людьми, которых завораживают политические декларации, которые болезненно относятся к качеству текстов, к выбору «правильной» команды, и которые видят в критике и протесте действенные способы политического участия. (Однако неясно как эти теоретики различают и как выходят за пределы интра-системной авто-референции и само-воспроизводства).  Критический месседж звучит так – «ближе к самим вещам!», «к самим ассембляжам!». «Прекрати мачистскую болтовню о том где ты находишься, а помести власть на карту и пойми как она себя осуществляет!» И часть такой переориентации политики, если она возможна, состоит в повышении эффективности деконструкции. Деконструкция не должна более просто указывать течи в любой системе и её диагностические противоречия, она должна обращаться к самим вещам. Что это означает? Следует практиковать онто-картографию или идентификацию артерий, с помощью которых капитализм поддерживает себя и находить способы их блокировки. Вы хотите опрокинуть 1%  привлекая их внимание? Нечего стоять перед Уолл Стрит и жалобно взывать к банкирам и брокерам - оккупируй хайвэй. Выведи из строя спутник, «обвали» связь. Заблокируй порт.



Сотри банковскую информацию и т.д. Заблокируй артерии; заблокируй коммуникации, необходимые гиперобъекту для поддержания себя. Это единственный путь ослабления властных объятий и создания переговорной власти с правительственными органами контороля за капиталом и корпорациями. Наносить удар следует в центр жизни этой власти, в её артерии. … Критика есть важный и обязательный этап, но если вы действительно желаете осуществить изменения, то следует найти способы вызвать сердечный приступ и спазм артерии. Если кратко, ваша активность есть лишь мастурбация. Но начиная отсюда можно разглядеть где расположены артерии и немного ослабить критику культурных артефактов и идеологий. Однако внимательней выбирайте ваши цели. Проблема с протестами в Сиэтле была в том, что они определили идиотские мишени и действовали просто в бессильной ярости. Окно – это не артерия. Оно не имеет отношения к потоку коммуникаций и капиталу. Необходимо обнаружить артерии. Подозреваю, что этот пост привлечет внимание Национальных служб безопасности.

Комментариев нет:

Отправить комментарий